+ /     

Биологический факультет БГУ.    

СПЕКТАКЛИ БИОТЕАТРА: Анатомия одного факультета или легенды улицы Курчатова.


Прошел в ДКиСЖ 19 декабря 2006 г


Действующие лица и исполнители:
Тимофей, Ученик 2 – выпускник биофака 2005 года Тимофей Пико
Паша – студент 5 курса биологического факультета БГУ Павел Велигуров
Девушка-блондинка, Мент – студент 5 курса биологического факультета БГУ Александр Дементей
Даша – студентка 5 курса биологического факультета БГУ Оксана Дегтярик
Маша – студентка 4 курса биологического факультета БГУ Екатерина Некрасова
Женя, Николай – студент 5 курса биологического факультета БГУ Олег Левданский
Веня, Фаршмак – студент 5 курса биологического факультета БГУ Иван Погребняков
Директор школы – аспиранткафедры экологии и методики преподавания биологии биологического факультета БГУ Евгений Гаевский
Нюра – студентка 4 курса биологического факультета БГУ Ольга Кондухович
Ученик 1, Бремор – студент 4 курса факультета радиофизики и электроники БГУ Илья Жебрак
Ученик 3, Вова – студент 3 курса биологического факультета БГУ Юрий Станько
Остальные ученики класса – выпускница биофака 2003 года, менеджер «Белреамед» Анастасия Бережная, сотрудник Института зоологии НАН Беларуси Екатерина Хейдорова, аспирантка лаборатории морфогенеза растений Института генетики и цитологии НАН Беларуси Елена Антоненко, студентка 2 курса Ольга Левданская, студент 5 курса Велигуров Павел
Трактирщица 1 – студентка 3 курса биологического факультета БГУ Екатерина Кирикова
Трактирщица 2 – студентка 3 курса биологического факультета БГУ Надежда Заяц
Матиас – ассистент кафедры молекулярной биологии биологического факультета БГУ Александр Лагоненко
Хрен – студент 5 курса механико-математического факультета БГУ Николай Лагоненко
Рокфор – сотрудник Института зоологии НАН Беларуси Алексей Шпак
Йогурт – сотрудник кафедры биохимии биологического факультета БГУ Николай Иващенко
Простокваша – студентка 5 курса биологического факультета БГУ Ирина Кудина
Мезим, Студент – аспирант кафедры экологии и методики преподавания биологии биологического факультета БГУ Максим Немчинов
Преподаватель – студент 5 курса биологического факультета БГУ Дмитрий Батраков
Маша – аспирантка лаборатории морфогенеза растений Института генетики и цитологии НАН Беларуси Елена Антоненко
Остальные студенты на экскурсии в Воложине – выпускница биофака 2003 года, менеджер «Белреамед» Анастасия Бережная, сотрудник Института зоологии НАН Беларуси Екатерина Хейдорова, выпускница биофака 2006 года Татьяна Ковган
Профессор - выпускник биофака 2005 года Александр Пожах
Сдающий экзамен студент - студент 5 курса биологического факультета БГУ Дмитрий Батраков
Студентка в «Юрин-сюите» - студентка 5 курса Татьяна Булай

Музыкальное оформление - студент 5 курса биологического факультета БГУ Дмитрий Батраков, студентка 4 курса биологического факультета БГУ Валерия Лагоненко
Тексты песен: песня Hfr-донора – ассистент кафедры молекулярной биологии биологического факультета БГУ Александр Лагоненко
Постановка танцев – студентка 4 курса Ольга Кондухович
Танцевальная группа: (бактерии) студентка 3 курса Екатерина Третьяк, студентка 3 курса Екатерина Кирикова, студентка 3 курса Надежда Заяц, студентка 2 курса Ольга Игнатьева, студентка 2 курса Ольга Лемешевская, студентка 2 курса Ольга Левданская, студентка 2 курса Анна Жуковская, выпускница биофака 2006 года Татьяна Ковган, студент 5 курса Александр Дементей, студент 3 курса Юрий Станько, студент 5 курса Олег Левданский;
(Юрин-сюита), студентка 5 курса Татьяна Булай, студент 5 курса Дмитрий Батраков, студент 3 курса биологического факультета БГУ Юрий Станько, студент 5 курса Олег Левданский, студент 5 курса Александр Дементей
Компьютерное и техническое обеспечение - выпускник биофака 2005 года Александр Пожах
Рекламное обеспечение, дизайн билетов - выпускник биофака 2004 года Виталий Черепович
Финансовый директор - выпускник биофака 2002 года Сергей Добросоцких
Автор компьютерного ролика перед сценой в Воложине - выпускник биофака 2004 года Виталий Черепович
Автор сцены в школе – выпускник биофака 2005 года Тимофей Пико
Автор сцены в буфете – сотрудник Института зоологии НАН Беларуси Екатерина Хейдорова
Автор сцены в Воложине – студент 3 курса биологического факультета БГУ Юрий Станько
Автор текста «Юрин-сюиты» - студент 5 курса биологического факультета БГУ Дмитрий Батраков

Автор сценария и режиссер – доцент кафедры микробиологии биологического факультета БГУ Александр Георгиевич Песнякевич

(На сцене перед малым занавесом на банкетке сидит девушка-блондинка с потрепанной книгой в руках и усиленно учит. Приходит Тимофей, садится. Появляется Паша.)


Паша: Привет! А где Мент?

Тимофей: Привет! Взаимно!

Паша: Не знаю!

Тимофей: А ведь обещал…

Паша: Календарь есть?

Тимофей: А-а-а, понимаю! Осталось 2 года, 365 дней и 12 с половиной часов?

Паша: 366

Тимофей: Не понял?

Паша: 2008 год високосный

Тимофей: Точно! Не успеем!

Паша: А, может, так пойдем?

Тимофей: Попрет!

Паша: Уверен?

Тимофей: А то!

Паша: Придется ждать

Тимофей: Хорошо хоть у него календаря нет

Паша: А конспект?

Тимофей: Сам видел, с ним вчера половина группы сдавала

Паша: Да ну? Мог запомнить…

Тимофей: Ха! Ленка специально каждую лекцию новой ручкой писала

Паша: Ленка?

Тимофей: Да не наша! Та уже три года назад закончила

Паша: Умная, наверное, была…

Тимофей: А то! Теперь таких нет…

Паша: Ну, не скажи! Вот еще одна такая растет, сразу видно… Девушка, а, девушка? А как Вас зовут?

Девушка: (не отрываясь от книги)Отстаньте!

Тимофей: Ой, какое имя красивое! А его Федя!

Девушка: Обманывать нехорошо!

Паша: Знайте, девушка! Иннокентий никогда не обманывает!

Девушка: На четвертом курсе нет ни Федора, ни Иннокентия!

Тимофей: Так то ж на четвертом…

Девушка: Ой, а вы, можно подумать, на пятом!

Паша: Подумать-то можно… Но если Мент сегодня не придет, то, похоже, только подумать!

Тимофей: Ладно, сдаемся! А как Вы догадались, что мы на четвертом?

Девушка: А историю биологии, по которой на зачете конспект надо показывать, на каком сдают?

Паша: Ну, я же говорил, что умная!Тимофей, надо ее Василию Витальевичу показать! Как живое доказательство краха его теории!

Тимофей: Пока я вижу только половину доказательства…

Паша: Да, неудачно сидит. Второй половины доказательства не видно… Девушка, а Вы на физкультуру ходите? Ходите, ходите, я же вижу! Так вот, там Виталий Данилыч одно упражнение задает, вот так вот руки на бедра и по залу боком, потом на ходу поворачиваешься – и спиной, потом другим боком…Ну вот, опять сбился!

Девушка: Ну и что?

Тимофей: Знаете, Паша его все три года сделать не мог, видите, так и не научился. Может, Вы ему покажете? А то неудобно как-то – человек университет заканчивает, а «змейку Данилыча» сделать не умеет…

Девушка: Не мешайте, пожалуйста! Что-то мне не совсем понятна разница между псевдоцилиями, ундулиподиями и гаптонемами... Кстати, может, вы знаете?

Паша: Ничего себе кстати! Тимофей, по-моему, хватит и половины! Да что там половины – тут же две трети МПБ! «М» есть, «Б» есть…

Тимофей: Нет, без «П» никак нельзя! Некорректным будет доказательство, некорректным… Девушка, а как Вы относитесь к античной скульптуре?

Девушка: В каком смысле?

Паша: В самом прямом! Нравится она вам или нет? Или Вы ее никогда не видели?

Девушка: В подлиннике – нет!

Тимофей: Но фотографии-то, конечно, видели? Вот, например, это кто? (изображает «Дискобол»)


Девушка: Если Вы думаете, что это «Дискобол», то я Вам сочувствую. А, вообще, мне больше композиции нравятся

Паша: Композиции… Не вопрос! Тимофей, прошу! «Самсон, раздирающий пасть льва»! (показывают)


Девушка: А, по-моему, это «Дантист-практикант в 33-ей поликлинике»

Тимофей: Ну, Паша, конечно, не Микельаннджело Буанаротти… Но, тем не менее, критиковать-то мы все горазды, а вот показать, например, Венеру Милосскую…

Девушка: Ой, а вы и такое можете?

Паша: Тимофей может все! Но из уважения к дамам от подобных экзерсисов воздерживается! Вот если бы вы согласились…

Девушка: Павел! Как Вам не стыдно! Она же без рук!

Тимофей: Зато все остальное на месте! А руки можно и вот так сделать (показывает)


Девушка: Вот, видите, сами и показали!

Паша: Но у него-то остальное не на месте! Как-то не качественно получается…

Девушка: А вы на зачет не опоздаете?

Тимофей: Да-а-а… Устами младенца глаголет истина… И куда это Мент запропастился?

Паша: Опять кого-нибудь разыгрывает, небось…

Девушка: Небось…

Тимофей: А Вы-то откуда знаете?

Девушка: Я еще и не такое знаю! Вот, Паша сегодня «Бобров» покупать будет, причем три штуки, двухлитровых!

Паша: Ха! Чего это я?!

Девушка: А кто ж еще?! Кто вчера спорил, что я вас не разведу? (встает и снимает парик)


Тимофей: Ну, Мент, ты даешь! Я ж чуть к тебе клеится не стал!

Мент: Вот-вот, я ж потому и расколоться решил. А чего вы тут про МПБ говорили? Нам же ее еще через три недели сдавать

Паша: А мы тебе не рассказывали?! Тимофей с Василием Витальевичем в корне не соглашается, что МПБ не может быть умной…

Мент: Что?! Василий Витальевич считает, что методика преподавания биологии не может быть умной?

Тимофей: Причем тут методика? А-а-а! МПБ - это молодая пышногрудая блондинка, мы ее так сократили, чтобы не особенно внимание привлекать, когда надо просигнализировать…

Паша: Ну, мы, когда блондинку видим, обязательно проверяем, не будет ли она опровержением теории Василия Витальевича

Мент: Ну, и как?

Тимофей: Что как, что как? Просто сейчас как-то блондинок мало…

Паша: Не, Мент, ты ж его знаешь – не успокоится, пока не найдет. Так что подключайся к проекту «МПБ может быть умной», сокращенно «МПБ МБУ»

Мент: Красивозвучит, согласен, но пиво сегодня все равно за тобой

Тимофей: Так и быть, Паша, возьму половину на себя

Мент: В смысле выпить?

Тимофей: Да нет, проставить! Здорово ты нас сегодня … А что, если мы сегодня еще кого-нибудь разведем, ты нам сколько проставишь?

Мент: Столько же! Но кроме Сергея Витальевича, ты же знаешь, преподаватели – это святое!

Паша: А как же конспект имени Елены Премудрой?

Тимофей: Ну, это не в счет! Это просто соблюдение традиций!

Мент: Тогда, с Богом!


(Уходят. Появляются Маша и Даша.)


Маша: Ну я же все ответила! И про трихобласты, и про стихидии, и про карпогон и даже про эту… про… трихогину, вот!

Даша: Да ладно, Маша, не плачь, до сессии, вон, месяц почти, пересдашь еще!

Маша: И кто только этот КСР придумал? Садист какой-то!

Даша: А может и мазохист! Я, когда на Александра Игнатьевича смотрю во время наших ответов, он, бедный, внутри так мучается, так мучается, но виду не подает.


(появляются Женя и Веня)


Женя: А я тебе говорю, что их едят! Солят поваренной солью с квасцами, жарят и едят! И называется это «хрустальное мясо»!

Веня: И почему я не китаец? Я бы сейчас не то, что медузу, я бы планарию съел!

Женя: Ага, и формалином запил. А Оксана Юрьевна поставила бы тебе четыре минуса, восемь звездочек и двенадцать крючочков

Веня: А крючочки-то за что?!

Женя: За негуманное отношение к препаратам! О, Мария, у тебя рисунок трихогины есть? Дай срисовать!

Маша: И этот издевается! Я так больше не могу!

Даша: Уйди, садист! Видишь, девушке плохо!

Веня: А кому здесь хорошо? Дашка, а что у тебя в рюкзаке в правом кармане? Яблоко?

Женя: Да ты что! Спорим, что это апельсин?

Даша: Да что вы ерунду городите! Я в правый карман еду не кладу!

Веня: Суеверная что ли?

Даша: Причем тут суеверие! Я в прошлый раз с зоологии пару пиявок захватила, чтоб дома спокойно зарисовать, а на следующий день утром Машка позвонила, а я только встала, а мама мне с кухни кричит: «Где пакет для еды?», а я говорю: «Ты же знаешь, в правом кармане», а мама у меня филолог….

Женя: Да погоди ты заливать…

Даша: Это кто заливает?! Машка, скажи, что ты мне позвонила?!

Женя: Да верю, яверю! Только Веня слюной изойдет, пока ты расскажешь

Веня: Правильно, яблоко дай и рассказывай, рассказывай…

Даша: Маша, ты яблоко хочешь? Съешь, полегчает (кладет яблоко перед Машей)


Маша: Да ничего я не хочу!

Женя: Спасибо, Мария! (берет яблоко)


Веня: А мне?

Женя: Вениамин, а знаете ли Вы, что этот плод ложный?

Веня: Да ладно тебе! Я же вижу, что настоящий!

Женя: Дарья, скажите юноше, я прав или не прав?

Даша: Прав!

Веня: Дашка, вот скажи мне, какого хрена ты муляжи в рюкзаке таскаешь?

Маша: Веня,ну почему ты такой грубый?

Женя: Он не грубый, он голодный, а это гораздо страшнее! Ладно, на! Хоть ты ботаники и не знаешь…(отдает яблоко Вене)


Маша: (плачет) У-у-у!

Даша: (успокаивает Машу)Машенька, Маша, ну, не надо…(Жене) А ты тоже! Кто тебя за язык тянул?!

Женя: Да что я такого сказал?

Даша: У человека и так нервы на пределе, третью ночь заснуть не может

Маша: (всхлипывая) Только глаза закрою – водоросли так и лезут, так и лезут… И нет, чтобы золотистые! Красные, бурые…(плачет) А-а-а!

Веня: Слышь, Машка, не убивайся ты так! Хочешь, я тебе яблоко дам… половину…

Женя: Мария, бери, это же яблоко с древа познания! А Вениамин у нас змей-искуситель, нет, змей-полуискуситель, потому что половину он уже успел откусить… Кто видел, буфетчицы с ведрами уже проходили или нет?

Даша: Не знаю, мы сегодня в аудитории с окнами на огород занимались

Веня: Вам хорошо, а мы с окнами на дорогу …

Маша: А какая разница? По-моему, никакой…

Женя: Это тебе никакой! А вот Веня недавно сидит, рисует, подходит к нему Оксана Юрьевна и говорит: «Ну, и как это понимать, Вениамин?!» А Веня ей: «Вы же сами сказали, что видите, то и рисуйте»

Даша: Ну и что?! Окна-то здесь причем?

Женя: Так у него же там 47-ой автобус нарисован и крупно так подписано: «Хочу домой!».

Веня: Ну, было, каюсь! А теперь я в буфет хочу! Интересно, что сегодня принесут?

Женя: И почемуВениамин так любит риторические вопросы? Ты же все равно ничего, кроме дряников и салата «ПП», не купишь

Маша: Что? Новый салат появился? А название почему такое странное?

Женя: Гм… По его виду не скажешь, что он новый… А название нормальное: «ПП» - это «Подарок прибоя».

Даша: Это в каком смысле нормальное?

Веня: В самом прямом – все, что прибой выбрасывает, собирают, упаковывают в банки…

Маша: Веня, прекрати, мне сейчас плохо будет…

Женя: Маш, чего ты, это ж мы шутим! На самом деле это ламинария, бурая водоросль…

Маша: (плачет) А-а-а!

Даша: Женька! Ну, тебя же просили! У человека идиосинкразия на альгологию!


(появляется Паша)


Веня: Я вот одного не понимаю – все, вроде, тут хорошо, только уже третий месяц никак после школы прижиться не можем. Вот, когда поступили, помнишь, выступал кто-то из начальства, про организм говорил, который слаженно работает.

Женя: Да-да, припоминаю: «Факультет, как и организм, силен своей внутренней средой и все его части работают на ее поддержание». Я еще, помню, спросить хотел, а что тут в этом организме, собственно, что…

Даша: Ну, это ж так, аллегорически…

Паша: Это, девушка, как сказать… Я вот тут, извините, случайно ваш разговор, услышал, и вижу, сомневаетесь вы в словах декана, а зря… Организм – он и есть организм…

Веня: Ну-ну, и где ж тут у нас что?


(появляется Тимофей)


Паша: (Тимофею) Ну, как?

Тимофей: Я - окей! Мент сейчас пошел. А ты, я вижу, молодое поколение воспитываешь?

Паша: Да не то, чтобы воспитываю… Так, за жизнь беседуем. Молодежь, вот, сомневается в словах декана, что биофак – это слаженно работающий организм…

Тимофей: Негоже, молодые люди, негоже…

Паша: Их, понимаешь, интересует, где тут в этом организме что…?

Тимофей: Например?

Женя: Надо полагать, речь идет об организмах высшего порядка?

Паша: Юноша, у Вас есть сомнения на этот счет? Вот скажи мне, Тимофей, откуда у теперешней молодежи этот нигилизм?

Даша: Причем здесь нигилизм? Мы же должны знать, от чего мы будем строить аналогии!

Тимофей: Похвально, девушка! Мне нравится Ваш подход! Естественно, мы говорим, об организме с максимальным уровнем гомеостаза – инфракласс Eutheria

Маша: Высшие звери!

Паша: Ого! А Вы, позвольте узнать, не со второго ли курса?

Маша: (скромно) С первого… Просто я животных люблю больше, чем растения

Тимофей: Удивительно, но я тоже!

Веня: Я, между прочим, тоже! Так мы будем анатомией заниматься, или что?

Паша: Браво, юноша! Ваш ход, господа! Итак…

Женя: Ну, где у нас мозг можно не сомневаться – второй этаж, правая половина…

Тимофей: Причем передний мозг, как и положено, вынесен вперед – комната 203 (фото таблички кабинета декана) и самый большой (фото декана в полный рост), промежуточный и средний тесно сближены (слайд таблички кабинета замдеканов), и отвечают за зрение (фото Бурко Л.Д. с очками на носу) и слух (фото Гричика В.В. либо с телефонной трубкой возле уха, либо слушающего чей-либо доклад), от них, как известно, ничего не утаишь. Чуть ниже – мозжечок (фото с табличкой деканата) с двумя полушариями – Еленой Владимировной (фото) и Еленой Николаевной (фото), который координирует всю двигательную активность (фото студентов, переходящих из аудитории в аудиторию).

Даша: Ну, это-то просто! А вот, где у нас, например… костный мозг? А?

Паша: Оба-на!


(появляется Мент)


Мент: Вот вы где! Ну, что? До киоска и в Рощу? Или сегодня в кафе пойдем?

Тимофей: Погоди, Александр, у нас тут встреча с молодежью, понимаешь…

Паша: Да, молодежь, вот, интересуется, что для нашего факультета эквивалентно костному мозгу…

Мент: Желтому? Красному?

Маша: (ехидненько) Красному, красному…

Тимофей: Нет, мне положительно нравится наша молодежь… И откуда они только такие берутся?

Паша: (задумчиво) Интересный вопрос…

Мент: Правильно! Откуда в организме берутся новые клетки, например, крови? Так что для нас красный костный мозг – это…

Тимофей: Школа! У нас как раз сейчас педпрактика… Я сейчас такую историю расскажу!


(Все сдвигаются к краю сцены. Появляется Нюра, ее встречает директор школы)


Директор: Здравствуйте, здравствуйте! Очень хорошо, что пришли. У нас ведь биолога опять нет. Вы не подумайте ничего плохого, но как-то они у нас не задерживаются… Приходится вот самому заменять, а у меня ведь только академия спорта, сами понимаете… Вас как зовут?

Нюра: Нюра.

Директор: Очень приятно! Но нам, педагогам, без имени-отчества нельзя, нельзя… Так что Анна…

Нюра: Арнольдовна

Директор: А яЕвгений Евгеньевич!Чудесно, чудесно! Это ребятам понравится, это им как-то ближе…

Нюра: В каком смысле?

Директор: Ну, знаете, современная молодежь, а тем более у нас… Культ тела, понимаете, а Арнольд, как Вы знаете, это, прежде всего, Шварценеггер…

Нюра: «А тем более у нас» - это как понимать?

Директор: Да Вы не пугайтесь, Анна Арнольдовна, просто школа у нас со спортивным уклоном, ребята все физически развитые…

Нюра: Это Вы на что намекаете?

Директор: Да я не в этом смысле! Они у нас тихие, спокойные, тренируются много, читать им некогда… Так Вы с ними поласковей, понежнее, и все хорошо будет…

Нюра: А какой это класс?

Директор: Девятый - борцы, штангисты, гиревики, нормальные ребята… Я их уже предупредил, что у них сегодня биология будет, так Вы уж сами, мне тут по хозчасти надо разобраться… Ну, с Богом, Анна Арнольдовна!

(Занавес поднимается. Трое здоровенных лбов в тельняшках у доски.

Один поет «яблочко», двое танцуют а-ля матросики.)


1 ученик: Эх, яблочко, да ты же вкусное!

К нам студенточка идет - пятикурсница! (2 раза)


2 ученик: Эх, студенточка, куда ты котишься,

Ты к нам в класс попадешь – не воротишься! (2 раза)


3 ученик: Эх, яблочко, да ты на веточке,

Ох, и трудно мне жить, бедной деточке! (2 раза)


Нюра: Здравствуйте!Здесь что, урок пения? Или репетиция драмкружка? А мне сказали, что здесь 9 класс биологии дожидается

1 ученик: Полундра!


(Все резко разбегаются по местам.)


2 ученик: И это пятикурсница?! М-да… Подсуетил, Евгений Евгеньевич! А ведь как пугал!

3 ученик: Тихо! Это же Пушкарева! Или ее сестра. Или дочь.

Нюра: Лестное сравнение! Но придется вас огорчить – моя фамилия Шварценеггер, а зовут меня Анна Арнольдовна


(Все затихают.)


Ученик1: Ого!

Ученик 2: Шутите, да?

Нюра: Насчет имени отчества – нет! Насчет фамилии – да! Что же это получается: Вам можно, а мне нельзя?

Ученик 3: Да ладно, чего уж там, шутите!

Нюра: …Анна Арнольдовна! Вот, вроде, под морского волка косите, а галантности – никакой! Или у вас культ кота Матроскина? Так он тоже очень даже воспитанный был…

Ученик 1: А вот и не угадали… Анна Арнольдовна!

Нюра: Вот так-то лучше! А что не угадала? Про морского волка?

Ученик1: Нет! Про кота Матроскина! После 11-го мы все идем в армию, на флот. Так как в Институт физкультуры мы не поступим – там биологию сдавать надо, а мы ее не знаем!

Нюра: Ну, это мы поправим. Пойдете не то, что в Институт физкультуры, но и на биофак БГУ сможете. Я-то здесь как раз за этим. А для начала проверим Ваши знания. Что Вам было задано на дом? Кровеносная система? Хорошо. Где плакат?

Ученик 2: Его забрала учительница по мировой художественной культуре. Она показывает в 5-ом «А» ранние работы Да Винчи.

Нюра: М-да… А макеты есть?

Ученик 3: Макеты забрал тренер по самбо – удары на манекенах отрабатывать. А как на манекене показать, где у него печень, если печени-то у него нет?

Нюра: Придется рисовать. Где мел?

Ученик 1: Мы его съели.

Нюра: Какой ужас! Но зачем?

Ученик 2: Мел – это кальций. Он нужен, чтобы кости были здоровыми. Вот выйдем мы в море, начнется шторм, упадешь и сломаешь руку. А так – кости крепкие и все ОК.

Нюра: Вот, говорили, что биологии не знаете, а мел съели!

Ученик 3: Да не расстраивайтесь Вы так! Канатоходцы, чтобы не переломать себе кости, едят мясо кошек – специфика профессии.

Нюра: А президенты, по-вашему, для правильного управления страной питаются Конституцией? Ну-ну! Ладно. Будем использовать подручный материал. Хорошо, что вязание – мое хобби.


(Достает клубок толстых красных ниток.)


Нюра: Ну-ка, морские волки (обращается к Ученику 2 и Ученику 3), берите нитки и покажите с их помощью расположение основных кровеносных сосудов. Вам, спортсменам, это особенно важно знать, чтоб по науке тренироваться. Ну, кто хочет послужить науке?

Ученик 2: А что, это круто! Пошли, Вован, ты у нас большой, на тебе лучше видно будет!


(Ученики 2 и 3 выходят. Абсолютно запутываются в нитках.)


Нюра: Готовы?А вот Вы теперь (обращается к ученику 1) объясните, пожалуйста, схему кровообращения. Только указку возьмите (поднимает указку над головами стоящих, чтобы передать ее ученику 1)



(В это время заходит директор.)


Директор: Извините, Анна Арнольдовна! Хотел глянуть, как у Вас тут… (пауза) Ну и меры у Вас, Анна Арнольдовна! А ведь я же Вас просил!

Нюра: А в чем, собственно, дело, Евгений Евгеньевич?

Директор: Не зря меня предупреждали! Но сам виноват, напросился!

Нюра: Ничего не понимаю!

Директор: Что тут понимать! Я Василия Витальевича просил: «Вы к нам кого-нибудь построже пришлите, все-таки школа у нас не простая». А он мне и говорит: «Не волнуйтесь, есть у нас одна такая, у нее все по струнке ходить будут!» И улыбался еще так загадочно!

Нюра: Да, он у нас большой шутник!

Директор: А вот мне теперь не до шуток! Я всегда был противником каких-либо экзекуций и телесных наказаний, и пока я еще директор… Немедленно освободите детей, Анна Арнольдовна!

Нюра: Да что Вы такое говорите, Евгений Евгеньевич?! Мы же кровообращение изучаем, на подручном материале, просто у меня хобби такое…

Директор: Так Вы еще и опыты над детьми ставите! Мало ваш Павлов над собаками издевался?! Я до сих пор вздрагиваю, когда эти лекции по физиологии вспоминаю!

Ученик 2: Евгений Евгеньевич, да Вы не волнуйтесь, это ж мы сами согласились науке послужить!

Директор: А-а-а! Так вас там биофаке еще и зомбировать учат! Я думал, это только в Америке такой ужас, сам по каналу «Дискавери» смотрел! Дети! Не поддавайтесь!

Нюра: Евгений Евгеньевич! Позвольте, я Вам все объясню!

Директор: Не позволю! Я в администрацию Президента напишу! Пусть проверят, чем вы там у себя за городом занимаетесь! Слона лесного они нашли! Сами, небось, замучили и закопали потом!

Нюра: Евгений Евгеньевич! Да что с Вами?! Ребята! Ну, не знаю я, что делать!

Ученик 1: Не волнуйтесь, Анна Арнольдовна! Мы знаем! Парни, взяли!


(Быстро поднимают втроем директора)


Ученик 2: Куда?

Ученик 1: В бассейн! Евгений Евгеньевич! Все хорошо! Улыбаемся и машем!


(Бегом выносят директора за кулисы. Занавес опускается. Появляются

первокурсники, Паша, Тимофей и Мент)


Мент: Тимофей, скажи честно, сам придумал?

Тимофей: Да вот текрест! Нюрка вчера рассказала, думал вам сегодня за пивом рассказать…

Паша: Вот так вот, молодежь! Так что все у нас в организме есть…

Веня: Все, да не все! Мозг, это конечно хорошо, но желудок, по-моему, главнее…

Даша: А тебе бы, Венька, все жрать!

Маша: Даша, ну, зачем ты так! Клетки при недостатке питательных веществ начинают плохо выполнять свои функции, поэтому желудок должен быть обязательно…

Мент: Полностью солидарен с заявлением молодого поколения! Но лично мне наш биофаковский желудок не кажется идеальным.

Тимофей: Согласен! Несмотря на то, что в нем, как и в настоящем, тесно, темно и верхний сфинктер не всегда вовремя открывается, возможны случаи несварения…

Женя: Интересно, Вы что имеете в виду?

Паша: Ну, как это вам попроще объяснить… Вы представляете, что бывает, когда селедку с хреном запиваешь не пивом, а молоком?

Маша: Честно скажу, никогда не пробовала

Тимофей: Пива? Ну, это поправимо! Вы сегодня когда освободитесь?

Веня: А вот я пробовал!

Даша: Кто б сомневался! Вениамин ест все…

Женя: … что увидит! Это я могу подтвердить! И каковы ощущения, Вениамин?

Мент: Да простят меня дамы, как говаривал Портос, но я бы в слове «каковы» поставил ударение на первый слог…

Паша: Вот-вот! Это я не про ударение, это я про Портоса, поскольку была у нас в желудке однажды такая история…


(Все сдвигаются за кулисы.)


 


(2 трактирщицы идут с ведрами, наполненными едой)


 

Трактирщица 1: Привет, подружка!

Трактирщица 2: Привет, подружка!

Трактирщица 1: И почему «пиф-паф» так далеко, а в трактире готовить не разрешают?

Трактирщица 2: Чтобы у нас работа была! (Выкладывая содержимое из ведер) – Открывай! А то уже ломятся!


(Занавес поднимается. На сцене Фаршмак, Бремор и Матиас.

Сидят за столом, едят, пьют в ожидании Хрена)


 

Фаршмак: Тысяча чертей, куда запропастился Хрен?!

Матиас: Погодите,Фаршмак! Не стоит так переживать! Хрен, хоть и задирист не в меру, но слово свое, как мы все могли убедиться, держать умеет! Вот только сдаст метру Семаку пероксидазу и будет! Ну, что я говорил?! А вот и он, Хрен «Боярский», собственной персоной!


(Входит Хрен, исполняя песню. Подсаживается к друзьям.)


Хрен: Господа, я только что узнал, что мы, все-таки, едем в прямую кишку!

Бремор: Хм… А почему не в ротовую полость?! Насколько я знаю, отсюда у нас 2 выхода.

Хрен: Бремор, уж можете мне поверить - мы действительно едем в прямую кишку! Господин де Бурковиль подтвердил мне это лично!

Бремор: Ну (разочаровано)… Если так обстоят дела, то я – пас! Там же ни одного приличного трактира от аппендикса до самого ануса!

Матиас: Фи, Бремор! Ну, зачем же так грубо! Но я тоже считаю, что эта прямая кишка нам ни к чему! Послушайте лучше, что я сочинил давеча, перед встречей с одной из прекраснейших особ нашего организма (принимает позу чтеца и торжественно произносит):

МадамШиманская! Английский ангел мой!

Не смог я тему одолеть и горько каюсь!

Но я не виноват: вчера мой песик заболел,

Теперь лечить его пытаюсь!

Ну как?

Хрен: Конечно, Матиас, ей это понравится до слез. И она наверняка назначит Вам еще одну встречу, которую Вы пропустить не сможете! Решено, я еду один.


(Фаршмак, Матиас и Бремор кладут по 2 пальца на край стола.)


 

Фаршмак:Хрен, ответьте мне, как другу: это нужно Вам или это нужно только мозгу?

Хрен: Я уверен, что от этого зависит, стану ли я когда-нибудь действительно настоящим рольмопсом с хреном. Это нужно мне, Фаршмак!

Фаршмак: Вы можете на меня рассчитывать, Хрен.

Матиас: Хотя в прямой кишке очень сыро, а я не захватил дюжины резиновых калош, я полагаю, что некоторым особам придется поскучать…

Бремор: Лично я согласен на это путешествие, если мне там обеспечат нормальную начинку.

Хрен: По крайней мере, ежедневные прогулки по холмистой местности с перистальтикой я Вам гарантирую.

Матиас: Хорошо, а калорий нам хватит?

Хрен: Во мне 130 калорий!

Бремор: Ну, это только на дорогу туда! А обратно?

Хрен: Я надеюсь, что мозг сможет обеспечить нам ежемесячное жалованье и в прямой кишке тоже! Но есть вероятность, что мы получим его не все! Бедная Констанция! Я обещал ей, что не дам никакого повода Его Высокопреосвященству даже пытаться вывести из организма и меня!

Все: Учиться, учиться и учиться! Жизнь бессмысленна, если в ней нет места учебе!!!

Фаршмак: Вы правы, мой друг. Но жизнь бессмысленна и тогда, когда в ней есть место только учебе.

Хрен: Я не понимаю Вас,Фаршмак!

Фаршмак: Вы, как, впрочем, и я, не кисломолочный продукт и нам не понять всей прелести брожения

Хрен: Что я слышу, Фаршмак? Вам горько от того, что Вы рыбопродукт, а не кефир? Вы не счастливы?

Фаршмак: О, нет, юноша! Просто я старше Вас, и знаю, что жизнь была бы неимоверна скучна и однообразна, как манная каша, если бы судьба не сводила нас хоть изредка в одном желудке! Я счастлив, потому что мы вместе!

Хрен: А это уже немало!


(Входят сыр Рокфор, Йогурт, Простокваша

Видят рольмопсов и начинают с ними задираться.)


 

Рокфор: О-о, кого я вижу! Селедочный цвет, как всегда, не покидает своих консервных банок! Как Вы думаете, Йогурт, решатся ли они когда-нибудь выбраться за пределы организма?

Йогурт: Ну что Вы, Рокфор! Я уверен, их пугает даже мысль о толстом кишечнике, в котором мы чувствуем себя как дома!

Рокфор: Ну, чего ж тут удивляться! Эти неженки ничего страшнее спецкурса у Патриарха микробиологии не видели!

Простокваша: Печальный опыт Констанции их, вероятно, ничему не научил.

Рокфор: Констанция? А что с ней, бедненькой, случилось?

Простокваша: Острое отравление грибами на микологии! Теперь у нее лишний хвост и большие проблемы с местом в селезенке на будущий год. Есть большая вероятность преждевременно покинуть организм.

Рокфор: Ну, что ж! Нечего пренебрежительно относиться к грибам и попадаться на глаза Его Высокопреосвященству во внеурочное время, да еще вместе с Хреном!


(Рокфор цокает языком и поднимает глаза к небу.)


Йогурт: Да уж, килька с хреном не лучшее сочетание! Как, впрочем, и селедка под шубой!

Рокфор: О вкусах не спорят, Йогурт! Например, господин Матиас как раз предпочитает прятаться под шубой, когда намечается даже легкое несварение

Йогурт: У меня такое чувство, Рокфор, что рольмопсы сегодня не испытывают желания пообщаться с нами вплотную…

Простокваша: Мне кажется, что это не спроста! Ну что ж, поговорю-ка я с Хреном по-своему… Не уделите ли Вы мне минуту, господин Боярский?

Хрен: Всегда к Вашим услугам, миледи! К сожалению, я не запомнил Вашего имени во время нашей последней встречи во рту.


(Отходят в сторону. Остальные рассаживаются за столики.)


Простокваша: И немудрено, там ведь была, как мне помнится, такая мясорубка! Так вот, я - Простокваша и Его Высокопреосвященство Мезим-форте направил меня к вам неспроста. Подумайте, это бюджетная форма обучения и большие перспективы высокооплачиваемой работы в будущем, юноша!

Хрен: Послушайте, Вы принадлежите к группе кисломолочных продуктов, а я – Хрен. Это значит, что мои друзья – рольмопсы, а враги по какой-то непонятной, невероятной случайности служат Его Высокопреосвященству. Меня плохо приняли бы у Вас, на меня дурно посмотрели бы у нас. Я не хотел бы, чтобы кто-то подумал, что я предал друзей и память о Констанции…

Простокваша: Опять Констанция! Далась Вам эта килька, Хрен! Да ей уже остались считанные часы до выведения из организма! А я … А я…Пусть это противоречит правильному питанию, но я люблю Вас, Хрен «Боярский»!

Хрен: В это невозможно поверить! Вы и я ? Да ведь нас не могут совместить ни Белморепродукт, ни ОАО «Дальрыба», ни даже сам Санта-Бремор в свободной экономической зоне!

Простокваша: К черту все рецепты, Хрен! Я полюбила Вас с первого взгляда! Там, в ротовой полости, помните? Когда так смеялся, так потешался над Вами Сыр Рокфор! И с тех пор я не могу с собой ничего поделать: мне сниться, что Вы не Хрен Боярский, что Вы – Савушкин продукт! И я иду, иду к Вам, чтобы слиться в бурном… салате! Но между нами всегда встает это коварная килька из Константинополя!

Хрен: Миледи, согласно канонам кулинарии…. Да о чем это я! Я лучше скажу Вам прямо: Молоко селедке – не товарищ!

Простокваша: Вы еще горько пожалеете об этих словах, Хрен «Боярский»! Теперь монсеньер Мезим не даст за Вашу жизнь и ломанного гроша! (уходит).

Хрен: А мне не привыкать! Я горек от рождения,миледи Простокваша!


(Кисломолочные продукты угрожающе подходят к Хрену).

Рокфор: Мне кажется, господин Хрен, что Ваше поведение в отношении дамы, не укладывается в рамки гастрономии.

Хрен: Не Вам меня учить, Рокфор! Я к Вашим услугам! Мне кажется, что Вы давненько не вылетали отсюда через верхний сфинктер!


(Рольмопсы и Молочные продукты дерутся. На другом конце

сцены Фаршмак преграждает путь Простокваше.)


 

Фаршмак: Узнаете Вы меня, сударыня?

Кваша: Фаршмак!!!!

Фаршмак: Я вижу, Вы меня узнали! Значит, и я не ошибся. Вы немедленно отдадите мне бумагу, которую подписал Вам Его Высокопреосвященство! Иначе, Вам придется покинуть этот желудок через верхний сфинктер.

Простокваша: Вы не сможете, Вы не посмеете отправить меня на тот свет второй раз!

Фаршмак: Вы правы, когда-то я уже пытался сделать это, но организм снова сглотнул Вас. Молоко «Савушкин продукт», Сметана «Минская марка», Плодово-молочный напиток «Белый вальс», Йогурт, Сливки, Кефир и, наконец, Простокваша! Ах, вас так много, способных устроить праздник в любом желудке. Бумагу! Считаю до трех! Раз! Два!

Простокваша: Берите – и будьте прокляты!

Фаршмак: Ну, а теперь, ехидна, когда я вырвал у тебя жало, кусайся, если можешь!


(Появляется Мезим.)


Мезим: Э, господа, а как же с эдиктами, запрещающими обратную перистальтику?! Во-о-т! (обращаясь к кисломолочным продуктам) Неужели никто, кроме меня, не может справиться с этой четверкой?! (обращаясь к рольмопсам) Известно ли Вам, господа, почему я здесь?

Рольмопсы (хором): Нет, нам это не известно.

Мезим: Вы отсутствовали целую пару в расположении Ваших частей на занятиях!

Матиас (обращаясь к Бремору): Как Вы думаете, Бремор, нас отчислят здесь или сначала в почках промоют?

Фаршмак: Прошу простить нас, монсеньор, но наше помилование у меня.

Мезим: Кем оно подписано? Врачом из 33-ей поликлиники?

Фаршмак: Вами! (подает листок)


Мезим: Вы с ума сошли? (читает)


То, что сделал предъявитель сего, сделано по моему приказанию и на благо пищеварения.

19.12.2006 г. Мезим.


(думает)


 

Мезим: Я взял у Вас один открытый лист, Фаршмак, а взамен даю другой. Это ордер на место в селезенке № 10. Здесь не проставлено только имя. Впишите его сами.

Фаршмак: Благодарю Вас, монсеньор, но для Фишмарка это слишком много, а для Рыбного паштета – слишком мало.

Мезим: Я понимаю Вас, Рыбный паштет! Тогда, может быть, Вы, доблестный господин Бремор!

Бремор: Дело в том, что я недавно узнал о домике в деревне, который подарила мне любезная тетя Ася. И по выходе из организма я решил распределиться в деревню.

Мезим: Похвально! Хорошо иметь домик в деревне!


(протягивает бумагу молча Матиасу. Тот отказывается.)


Матиас: Наши последние вакханалии в трактире окончательно отрешили меня от мирской жизни и я решил поискать место поспокойнее. Может быть, там я найду кого-нибудь, с кем можно будет поговорить на сердечные темы. Единственный, кто достоин места в селезенке, - наш лучший друг, Ваш верный слуга, Хрен «Боярский». Окажите ему эту честь – и, я думаю, это будет справедливо.

Фаршмак: А мы тем временем, чтобы господин Мезим не счел нас трусами, недостойными быть полевиками, поживем в прямой кишке и продержимся там ровно месяц, минута в минуту, как бы Вы не пытались выбить нас оттуда.

Хрен: Помилосердствуйте, Фаршмак, это же верная гибель!

Матиас: Если мы поедем туда, нас выпрут – это точно!

Фаршмак: Но нас выпрут за пропуски, даже если мы туда не поедем! Так что мы ничего не теряем! Вперед, рольмопсы!

Мезим: Быть посему! Я передам этот ордер Хрену «Боярскому». Но только после перистальтики в прямой кишке.

Все вместе: Приключения продолжаются!


(Занавес опускается)


 

Женя: Ох, что-то мне эта легенда напоминает…

Даша: Ничего себе что-то! Классику мировой литературы надо знать! Да это ж Дюма!

Паша: Спасибо!

Мент: А что? Дюма Велигуров звучит неплохо…

Тимофей: Ага, почти также хорошо, как Снежана Простолупова. Кстати, Маша, а вы читали «Черный тюльпан»?

Веня: Маша уже говорила, что ботанику не любит! И вообще, про буфет-желудок тут любой бы догадался. А вот где у нас, например,… кожа?

Паша: Оба-на! Не слабо!

Мент: Кожа? На третьем этаже, конечно!

Тимофей: Саш, ты чего? Кожа, она ж снаружи…

Мент: Мы же о млекопитающих говорим? Ну-ка, молодежь, кто скажет, что есть на коже млекопитающих и отсутствует у других организмов?

Маша: Шерсть, поэтому они мягкие и пушистые

Мент: Правильно, Маша! А она, как известно, постоянно растет…

Паша: А-а-а! А кто у нас на факультете все выращивает? Правильно, ботаники!

Маша: А-а-а! (рыдает)


Тимофей: Паша, тебе ж говорили, что девушка ботанику не любит! Машенька, не плачь, ведь там, на третьем этаже, еще и микробиологи…

Веня: Ну, а кожа-то тут при чем?

Мент: Как это при чем? А нормальная микрофлора? Ее кто выращивает?

Даша: А я-то думаю, чего там иногда так странно пахнет!

Женя: А я знаю, нашу группу на экскурсию водили, автоклав показывали, круглый такой, крышка блестящая, из него, когда открывают, так средами шибает! Мне нравится!

Маша: И микробиологию я тоже не люблю! Бактерии они маленькие и бесчувственные!

Мент: А вот тут позвольте с Вами не согласится – там такие чувства, что нам и не снились!

Веня: У бактерий? Никогда не поверю!

Паша: Я тоже раньше не верил, пока мне Мент видеозапись с микроскопа не показал

Даша: А нам посмотреть можно?

Тимофей: А вам уже 16 стукнуло? А то ведь там половой процесс…

Женя: Но ведь не размножение же…

Мент: Похвально, молодой человек! Чувствую, нашего полку микробиологов прибыло! Ладно, смотрите и слушайте!

Мент: Однажды поздним осенним вечером, когда последние студенты покинули организм, по черной лестнице левого крыла со 2-го этажа на 3-й поднялась плохо различимая в полумраке фигура.

(На занавесе появляется фотография коридора З-го этажа вечером)


Неслышно ступая, незнакомец пробрался к двери, открыл ее своим ключом и, подойдя к термостату, достал из него чашку Петри. Быстро сделав препарат, он достал микроскоп, включил осветитель и прильнул к окулярам. За окном тихо шелестел дождь, в вентиляционной системе слегка завывал ветер, но сидящий за микроскопом ничего этого уже не слышал. Он полностью погрузился в мир, от которого судьба оторвала его много лет назад, но который тянул его к себе страстно и неотвратимо. И первый, кого он увидел, был грустный Hfr-донор, который сидел, свесив жгутики, на краю стекла. «Отчего ты такой грустный?» - мысленно спросил прильнувший к микроскопу и услышал в ответ…


(идет песня в исполнении Н.Лагоненко, мелодия песни Чижа

«Я Вам звоню из телефона-автомата»)


Сигнал я шлю Вам от мембраны до мембраны

Я вечно Ваш, я буду вечно Вас любить

Но Вы ответили, F-фактор вам не надо

И будет лучше, если мне Вас позабыть

Для Вас любовь прошла, как сновиденье.

И в этом, может быть, моя вина

О, конъюгация, природы дивное творенье,

Зачем ты бедной палочке дана

Но как забыть Ваш фенотип печальный, томный

И колицины с запахом весны

Я на счету у Вас, должно быть, миллионный

Какие сладкие у Вас, должно быть, сны

Для Вас любовь прошла. Как сновиденье

И в этом, может быть, моя вина

Ах, конъюгация, Тейтума озаренье,

Зачем ты бедной палочке дана?

И термостат нас больше не обнимет

Микробов хор не станет петь для нас

Благословенье божье Вас да не покинет

И кара Господа да пусть минует Вас

Для Вас любовь была, увы, забавным словом

Как заведенный повторяю вновь и вновь

Ах, если бы начать все как-то снова

Но кончен бал – прервал процесс студент-неряха нерадивый,

Ушла домой ее Величество Любовь

Мент: Скупая мужская слеза затуманила взор незнакомца, он оторвался от микроскопа и взял в руки петлю. Он слегка волновался, ведь прошло много лет, но руки вспомнили всё – уверенным и точным движением петля прикоснулась к колонии и перенесла культуру на предметное стекло, где погибал от неразделенной любви несчастный Hfr. Когда прохладный окуляр микроскопа снова коснулся его век, тихий стон радости огласил безмолвие лаборатории – так хороша была открывшаяся глазу картина! Прекрасные бактерии-реципиенты пробуждались ото сна и не могли сдержать своей радости….


(идет танец, в конце танца появляется Hfr-донор и

уносит одну из реципиентов)


Мент: «Совет вам да любовь» - подумал незнакомец, но в это время отворилась дверь, и на пороге лаборатории появился вахтер дядя Миша. «Что Вы здесь делаете?» - сурово спросил вахтер. Незнакомец поднял голову от микроскопа и смущенно улыбнулся. Видели бы вы лицо дяди Миши! А незнакомец тяжело вздохнул и снова пошел к себе, в 203-ю, где его ждали ненавистные сердцу бумаги.

Маша: Дашенька, что с тобой? На, возьми мой платок, он хоть и мокрый, но чистый! Я ведь в него только плакала!

Даша: Спасибо, Маша! Я знаю, что в слезах много лизоцима!(вытирает слезы) Какая красивая легенда! До сих пор я еще сомневалась, но теперь точно в микробиологи пойду.

Тимофей: Ну, Мент, недаром тебя старостой кружка микробиологического выбрали! Вербуешь кадры не отходя от кассы! Паша, что-то мы отстаем...

Паша: Легенды, говоришь… У нас, экологов, легенд не меряно, но мы предпочитаем суровую правду жизни. Только тем, кто и летом из лаборатории не выходит, этого не понять.

Мент: Нет, Паша, это ты зря! Я иногда очень даже тоскую по тем временам, когда и нас вывозили за пределы, так сказать, организма…

Женя: А что, и такое бывает?

Тимофей: А как же! После второго курса все, как один, добро пожаловать…. Паша, как это в твоей легенде про желудок называлось, куда рольмопсы ехать опасались?

Паша: А-а-а! Могу рассказать, только это не легенда будет, а так, зарисовка из жизни! Хотите, молодежь?

Даша, Женя, Веня, Маша: Хотим!

Паша: Тогда, добро пожаловать в прямую кишку!


(идет заставка про Воложин. Занавес поднимается. На сцене

студентка, заспанная, ежится от утреннего холодка. Появляется преподаватель.)


Преподаватель: Ну, здравствуйте. А где Николай с Владимиром опять? Не ужели снова холодильник сторожили, чтоб еду не украли, а?

Маша: Нет, они вчера по настоятельной просьбе Василия Витальевича занимались благоустройством территории и нашли заначку, что географы спрятали. После этого их никто не видел. А, вот и они…


(Подходят Николай, Владимир и Студент.)


Николай: Здравствуйте, извините, что опоздали. Мы пока с Горы Любви дошли…(Вова бъет его под бок) Ну, в смысле, будильник не услышали.

Преподаватель: Ничего, плюс 10 видов и всё. Ладно, не будем терять время, записывайте маршрут. Он сегодня у нас коротенький: Геостанция – д. Калдыки – поле с пшеницей – д. Кутеняты – край леса – д. Филипенята – опушка леса – ферма – лисьи норы – холмы к востоку от геостанции – асфальтная дорога – д. Кражино – д. Петрашунцы – д. Стайки – карьер – плотина водохранилища – д. Саковщина – поле с рожью – д. Крыница – «Гора Любви» – геостанция.

Вова: Да… всего – ничего... Сколько здесь километров? 40-50?

Преподаватель: Ничего, к тому времени, как нужно идти есть, вернемся.

Студент: Да это ж пять магазинов, не считая мест народного промысла!!! Мне кажется, что некоторые… вернутся с этого маршрута как раз к концу практики! В лучшем случае...

Преподаватель: Так, разговорчики! Записывайте погоду. Сегодня ясно, температура +20, давление 776 мм. р. с.

Николай: О, давление высокое! А я думаю, чего мне так в голову давит…

Вова: Ничего, терпи, студент, магистрантом будешь!

Преподаватель: Все идемте….. Кстати, что там у нас с индивидуальными заданиями. Мария, как там наблюдение за козодоями?

Маша: Ну, я не знаю, что делать! Не приходят они. Я уже и козу взяла, поставила ее около леса, а сама в засаде наблюдала, а их нет. Как будто знают, что я там.

Преподаватель: Да, действительно... Вот, прислушайтесь (показывает наверх) Это мигрируют клесты, слышите характерный звук?

Николай: (говорит Вове) Слышишь, а куда они мигрируют?

Вова: Ну, я не знаю, на юг, наверное…

Николай: Какой юг? Они ж на север летят!

Вова: Так Земля же круглая! Если все время на север лететь, то, в конце концов, на юг попадешь, точно!

Маша: Ой, смотрите, барсук, барсук!

Николай: Какой барсук! Это собачка Надежды Евгеньевны прогуляться вышла. Только что-то она далеко зашла, не потерялась бы, а то потом опять ее всей базой ищи.

Преподаватель: А выше задание по наблюдению за удодами как продвигается, Николай?

Николай: Уупс!!!

Преподаватель: Да, да, именно. За Upupa epops!

Вова: Да мы даже ни одного ДОТа не нашли, не говоря уже про удодов.

Преподаватель: А зачем вам ДОТы?

Николай: Ну, судя по названию, удоды живут возле ДОТов, поэтому мы ДОТы и искали…

Преподаватель: Вы попали пальцем в небо! Удодов действительно можно часто найти у ДОТов, особенно в гнездовой период, поскольку они гнездятся в норах и нишах. Но ДОТы – далеко не единственное место. Так что сегодня же беритесь за дело! Но не за то, что вчера вечером! Посмотрите, возле здания фермы сидит Carduelis cannabina.

Маша: Cannabina?

Преподаватель: Ну да! Коноплянка. Их у нас вполне хватает.

Вова: Подождите…Если хватает коноплянок, значит, должно быть много конопли.

Маша: Ага, если у нас много удодов, соответственно должно быть много ДОТов, логично!

Преподаватель: Точно не могу сказать, в этом вопросе я не Копенгаген. Проконсультируйтесь у Валерия Николаевича. Óн у нас специалист по этим вопросам.

Николай: По каким? По конопле?

Преподаватель: Да нет же! По травам и по гербариям. Хотя лично мне почему-то кажется, что конкретно о конопле очень много знает Иван Сергеевич Гирилович…Ладно идем дальше. Вот посмотрите на это создание. Это Troglodites troglodites. (все смотрят на птицу, а Вова на Колю) Владимир, а вы чего уставились на Колю?

Вова: Ну вы же сами сказали, посмотрите на троглодита, я и смотрю.

Преподаватель: Troglodites troglodites – это маленькая воробьиная птичка. Крапивник по-русски. О, посмотрите канюк на ветке сосны сидит.

Николай: Что?! Конь на ветке?

Преподаватель: Да! Его еще 3 года назад туда занесло, когда ураган сильный был. До сих пор снять не могут.

Николай: Блин, это ж какой бонитет у этой сосны должен быть, чтоб она выдержала лошадь?

Маша: По меньшей мере второй. Хотя, судя по диаметру ствола, его высоте и количеству лет, которое соответствует количеству мутовок, я склоняюсь к мнению, что здесь первый бонитет. Но у нас редко встречаются сосны с первым бонитетом, да и возраст у всего этого леса маловатый…

Николай: Стоп, стоп, стоп! Не дави интеллектом. Мы и так знаем, что ты геоботанику на 10 сдала.

Вова: Конечно! Николай Алексеевич красивым девушкам других оценок не ставит, если они хоть что-то по предмету знают...

Николай: Это точно…О-па, а это что? Крест?

Преподаватель: Да, это один географ дорогу перебегал, но КамАЗ оказался проворнее его.

Маша: Какие-то Вы ужасы рассказываете.

Николай: Да это еще ничего. Давеча слышал историю про Черного Калдыка. Вот это да! Говорят, что дух его всё ещё не нашел покоя, и что он до сих пор приходит по ночам к заучкам вроде тебя в комнаты, (переходит на утрированно зловещую интонацию) чтобы отнимать у девушек самое дорогое, чем они обладают…: ЗАПАСЫ ПРОДУКТОВ!!!

Маша: (визжит) Все! Хватит! Я теперь ночами спать не буду!

Николай: Да ты и так не спишь, все какие-то альбомы рисуешь.

Маша: Не какие-то, а между прочим ваши по зоологии. Могли бы и спасибо сказать.

Николай: Мы же тебе сразу сказали: расчет по окончанию. Так сказать, де-факто.

Вова: Чего?!

Маша: Де-факто - это значит фактически.

Вова: Что-то я такого слова не знаю.

Преподаватель: Это все потому, что культура со стипендией у нынешних второкурсников низкие, и бонитет, соответственно, никудышный.


(Вова и Коля философски-задумчиво чешут «репы»)


Николай: Все проехали геоботанику.

Маша: Хорошо…. Ой, смотрите, страус. Голову в землю спрятал.

Преподаватель: Ну, откуда здесь страусы, Маша! Даже самые смелые ассистенты кафедры зоологии такого здесь ещё не находили!

Вова: Да это женщина на поле картошку полет. Но идея насчет страуса прикольная.

Преподаватель: Так! Обратите внимание на эти характерные порои. (Все внимательно разглядывают). Подробно зарисуйте их в блокноты… В этих местах такие следы активности встречаются довольно часто и всегда небольшими скоплениями… Обратите внимание на довольно правильную форму и почти отвесные стены… Есть версии о происхождении?

Николай: (Обходит метровую яму, глядя вниз) Для кротов великоваты…

Преподаватель: Все зарисовали?.. Такие рытвины ежегодно в большом количестве оставляют после себя студенты-географы, это почвенные срезы!

Николай: Неужели Вы и на зачёте про это спросите?!

Преподаватель: Конечно. Человек ведь тоже млекопитающее! И, кроме всего прочего, некоторые виды селятся преимущественно рядом с нами. Их так и называют: синантропные! Посмотрите, около забора пролетела Mottacila flava.

Николай: Где Слава на мотоцикле?

Вова: Блин!Он же только вечером обещал привезти…

Маша: Вы чего, глухие? Никакой это не Слава. Mottacila flava - трясогузка желтая, птичка такая.

Николай: Блин, а чего это мы одних птичек записываем, хоть бы рыбу или зверя увидели.

Маша: Ну, птиц больше,… да и вообще…

Вова: Здесь скорее вообще… Коля, смотри, колодец!

Преподаватель: В этом колодце вода плохая. Не пейте – заболеете. Потом Зоя Болеславовна замучается вам клизмы ставить.

Николай: Да лучше клизмы потом, чем сейчас умереть! Пошли, Вован, не дадим себе засохнуть…

Преподаватель: Имейте в виду, что вам двоим я после этого не буду засчитывать расстройство пищеварения как уважительную причину пропуска экскурсий!

Николай: Да… Против такого ультиматума не попрёшь…

Вова: Не говори… Мне сейчас тоже почему-то матом ругнуться хочется…

Маша: Ну, вы даёте! Ultimatus, по-латыни, означает «выполненный до конца». Ой! Посмотрите туда. Что там за дырки в песке?

Преподаватель: Это не дырки, а гнезда Riparia riparia. Их в этом карьере много.

Николай: А чего вы 2 раза повторяете, мы и с первого хорошо слышали.

Маша: Тёмные! Это же бинарная номенклатура видовых названий. Riparia riparia – береговая ласточка. Береговушкой ее еще называют.

Вова: Послушай, светлая, не кричи. Может еще в инквизицию обратимся (показывает на преподавателя) – пускай рассудит.

Николай: Хорошо сейчас на базе, там завтрак, макароны. А мы тут голодные, непонятно где, в такую жару!

Преподаватель: Не нойте, Николай! Если хотите, то можете ирги поесть. Ее здесь столько, что и биотехнологам останется и географам на осень. Да, в воде возле тростника стоит краснокнижная птица – Egretta alba. Посмотрите.

Маша: А нам Надежда Евгеньевна говорила, что в XIX веке коварные и вероломные мужчины практически истребили этих прекрасных созданий из-за их ценных перьев.

Студент: Да, и, конечно же, она умолчала о том, что носили эти перья в качестве украшений всё-таки женщины, ради которых и старались те самые вероломные мужчины.

Преподаватель: Все, не ругайтесь… Сейчас мы вступаем на святую землю для всех студентов геостанции – в Саковщину.

Николай: Само собой, только магазин способен скрасить унылое существование студента на задворках цивилизации: В буфете не все купишь, да и то, что есть, разбирают моментом.

Преподаватель: Ладно пойдемте быстрее, а то к обеду не успеем. Да, пойдемте налево – так короче. О, посмотрите на опушке леса на ветке сидит Dendrocopus major.

Николай: А? Что? Какой майор? У меня отсрочка на время обучения в университете!

Маша: Вообще-то это пестрый дятел. Он санитар леса, потому что осматривает все-все деревья и выдалбливает из них личинок насекомых!

Николай: А, ну почти угадал…

Маша: Деревня Криница. А почему ее так назвали?

Вова: Ну, это единственная деревня в районе, где НЕ продают пиво «Криница».

Маша:Так здесь же нет магазина!

Студент: Маша, от «Криницы» жителей многих деревень не спасает даже отсутствие магазина!

Преподаватель: Внимание! Под тем кустом сидит Perdix perdix с выводком.

Николай: Ух, ты! Это вы по запаху заприметили?

Вова: А я вот ничего не чувствую.

Студент: Причём тут запах! Это так по-латыни серая куропатка называется.

Вова: И как я эту латынь сдавать буду?! Ничего в ней не смыслю…

Преподаватель: А вы напрягитесь, Вольдемар. Выучите хотя бы часть, то, что попроще… Например, возьмитесь за названия, состоящие из двух одинаковых слов: Pica pica, Natrix natrix, Lynx lynx... Ходят слухи, что они в два раза быстрее запоминаются…

Маша: Неужели дошли? Наконец-то…

Преподаватель: Возле самой станции регистрируем Rana arvalis…

Николай: Какое рано ворвались! Все уже давно поели, а мы опять голодные. Нет, так жить нельзя!


(занавес опускается)


Даша: Павел, и Вы утверждаете, что все это правда?

Паша: А то! Я-то там каждый год!

Маша: И каждый день без обеда? Веня не выдержит…

Тимофей: Нет, там же воскресения тоже бывают! И потом, это ж не здесь, там можно и на подножных кормах продержаться! Вот, помню, нам по геоботанике такой участок на лугу попался – сплошной щавель

Мент: Точно! Все сидят, свои укосы разбирают – бобовые, злаки, разнотравье. Иван Сергеевич ходит, проверяет… Подходит к нам: «Ну, что у вас?» - спрашивает. «А у нас, - отвечаем, - Тимофей». А Тима как раз щавельком подкрепился и прикорнул прямо на участке. «Это я вижу, - говорит Иван Сергеевич. – А укос-то где?». Мы опять: так, мол, и так. Тимофей, говорим, съел. Иван Сергеевич задумался и говорит: «Первый раз такого большого кролика вижу, надо зоологам сказать». И пошел…

Женя: И что вам за это было?

Паша: Кому как – Тимофея Зоя Болеславовна активированным углем накормила, мне пришлось ножичком новый участок полдня косить, а Александру этот новый укос всю ночь разбирать.

Маша: Тимофей, а почки у вас после этого не болели?

Веня: И откуда такая забота о почках? Кстати, а кто у нас в организме на звание почек претендует? А?

Тимофей: Ну, здесь, по-моему, без вариантов…

Мент: Я тоже так думаю

Паша: Поддерживаю…

Даша: А чего это вы так погрустнели?

Тимофей: Да как вам сказать…

Мент: Нам еще это предстоит…

Паша: Да и вам тоже…

Женя: Биохимия, что ли?

Тимофей: Нет, молодые люди, не угадали, биохимию вы на следующий год сдадите…

Паша: И забудете… Пардон, не в смысле предмета, а как сдавали…

Мент: А в почках, все, кто уже сдавал, говорят, все наоборот…

Маша: Как это наоборот?

Тимофей: А очень просто – что сдавали, так и не поняли, а вот как сдавали…

Паша: Помнят еще долго… Как почечные колики

Даша: Это вы нас специально пугаете? Да?

Маша: Неужели есть что-то еще страшнее альгологии и микологии?

Веня: А я вот не боюсь! Рассказывайте свою страшилку!

Мент: Берите выше, молодой человек! Это не страшилка, это опера!

Тимофей: А может, даже и балет…

Паша: Нет, это что-то синтетическое, чужое и непонятное…Ксены - они и есть ксены!

Мент: «Юрин-сюита», по мотивам курса «Основы ксенобиологии». Слабонервных просим не смотреть!


(Занавес понимается, идет «Юрин-сюита»)


Профессор: Тема нашей сегодняшней лекции - биотрансформация ксенобиотиков!

Попытаемся разобраться, что происходит между чужеродным веществом ….


(появляется Студентка, Профессор смотрит на часы) Опаздываете! …и ферментом, который диссимилирует его...


(начинает танец со Студенткой и продолжает во время танца)


Сначала они сближаются, затем - взаимодействие, фермент меняет конформацию ксенобиотика, но изменяется и сам! Возникает локальное напряжение, которое опасно для обоих, и кто первый ослабит хватку, тот и будет расщеплен. Это честная борьба за право взаимодействия. Без взаимодействия жизни НЕТ!!!!

Профессор: (поет) Он - ксен!

Если ты фермент - убей его!

И когда закончишь - то пойди и найди еще одного!

Он - ксен!

Ты не должен ни о чем жалеть!

Он - ксен!

Если не убьешь - то он убьет тебя!

Сдающий экзамен студент: (поет) Экзамен настает,

«халява» не пройдет,

билет я свой достал –

и чуть не зарыдал…

Остальные студенты: (поют) Он – ксен!

Сдающий экзамен студент: (поет) Братья, спасите, хоть намекните

Остальные студенты: (поют) Смотри сюда!

Сдающий экзамен студент: (поет) Сразу сближенье, какое-то тренье…

О нет! Наверное, не тот фермент…

Профессор: (говорит) Что вы мелете! У вас в билете стоит биотрансформация! А Вы мне чего про биоаккумуляцию здесь рассказываете? И на лекциях я вас не видел! Знаете все? Ничего вы не знаете! Зачем вы вообще на биологический факультет поступали? (остальным студентам) А вы что подсказываете? Что это за бред? А я на лекции все показывал! Так что?! Мне и на экзамене за вас отвечать?! (сдающему студенту) Придется мне с вами встретиться еще! Ну, что здесь сложного?


(демонстрирует в танце со студенткой работу фермента)


Остальные студенты: (поют во время танца) ЛЕКТОР ВСЕ ЗНАЕТ

ЛЕКТОР ВСЕ МОЖЕТ

ЛЕКТОР ВСЕ ЗНАЕТ

КСЕН УМИРАЕТ!


(Студентка падает замертво. Профессор на последних тактах бросает

зачетку несдавшему студенту)


 


(малый занавес опускается)



(Паша, Мент, Тимофей, Маша, Даша, Женя, Веня выходят на авансцену)


 

Паша: Ну что, молодежь, напугали мы вас прозой биофаковской жизни?

Маша, Даша, Женя, Веня: Нет!

Тимофей: Тогда придется почитать вам стихи! Начинай, Саша!

Мент: Первокурсник, начинающий житьё,

В организме по имени Биофак,

Пытайся познать про него всё,

Что здесь когда и как!

Паша: Хочешь постичь удивительный мир,

Взглянув на него изнутри?

Тогда распахни широко глаза,

Уши прочисть и смотри!

Тимофей: В стране, где Каниса люпуса нет,

Который бы выгрыз бюрократизм,

Живет полноценно родной факультет,

Потому как он есть организм

Мент: В биофака жидкости тканевой

Все на работу заряжено

И, будучи клеткой его одной,

Вливайся и действуй слажено

Паша: Тебя здесь научат и ночью и днем

Быть частью единого целого

Ведь то, как мы учимся и живем

По законам природы сделано

Все вместе: И мы никогда, нигде, ни за что

Традиций не будем терять:

Первокурсники! Время пришло

Для посвящения встать!


(Звучит «Гаудеамус, появляется И.В. Семашко, идет Посвящение)




Страница обновлена: 27.03.2012 21:33

Расписание 47 автобуса Расписание занятий Следуйте за белым кроликом...

 

Наверх Наверх Наверх 


На главную | © 2003-2019 Л. Валентович, П. Тумилович | Авторские права |